Васеда Эльдорадо: Экстравагантный Мир Вона Жур Коксa, "Гауди Японии"
НОВОСТЬ:
Прямо в самом сердце университетского района Васеда возвышается эксцентричное здание Эльдорадо, одно из самых примечательных архитектурных диковин Токио. Также известное как «Ритмы видений», оно привлекает внимание своим утонченным, авангардным и гаудиобразным дизайном, который является типичным для его создателя Вона Жур Кокса.
Построенное в 1983 году, здание является уникальным произведением искусства, его экстерьер украшен множеством элементов, граничащих с абсурдом. В одном месте женский торс покрыт татуировками в стиле ар-нуво, смешанными с узорами периода Эдо, в другом – мраморные лица словно вырастают из стены, их полуулыбки вызывают ощущение лёгкого веселья.
Это плод не одного, а многих плодотворных умов, ведь здание Васеда Эльдорадо было создано в 1983 году «труппой» мастеров, включая скульпторов, керамистов, мастеров по лепке и художников по фрескам. Их лидер, архитектор Вон Жур Кокс, называет себя «мастером-архитектором и искусным ремесленником» и до сих пор активно работает в возрасте 86 лет.
Вон Кокс считает, что большинство современных зданий Токио напоминают пластиковую еду, выставленную в витринах ресторанов города: «чистую, одинаковую по форме и безвкусную». В юности он наблюдал, как на руинах старого города строится мрачный, практичный и стерильный мегаполис, лишенный всякого очарования.
Он изучал архитектуру в Университете Васэда и в 1956 году посещал семинар профессора Кэндзи Имаи, который был сторонником великого каталонского архитектора Антонио Гауди. Гауди известен своими шедеврами, такими как собор Саграда Фамилия и парк Гуэль, которые привлекают миллионы туристов в Барселону. Вон Кокс был вдохновлен мышлением Гауди, его методами работы и архитектурным стилем, который прославлял ремесленное мастерство над функциональностью.
«Моя миссия — умарэкавари: возрождение чего-то, что умерло», — сказал он в интервью Japan Times в 1992 году. Несмотря на относительную нехватку ресурсов, традиционная Япония обладала чрезвычайно богатой культурой. Ранние японисты, такие как Эрнест Феноллоса и Эдвард Морс, были глубоко впечатлены тем, что целая цивилизация была создана из таких скромных материалов, как бумага, дерево и глина. Но влияние модернизации в эпоху Мэйдзи и массовое разрушение Второй мировой войны уничтожили несколько поколений ремесленников.
Хотя любовь Вона к ремесленному мастерству символизирует возвращение к традиционным японским строительным техникам, содержание его идей больше связано с теориями Зигмунда Фрейда и Карла Юнга, чем с традиционным дизайном. «Моя работа больше о снах; она начинается на более глубоком уровне», — говорит он.
Вдохновение Вона также черпается из индуизма и эзотерического буддизма. Именно буддизм вдохновил его на смену имени на Вон Жур Кокс в 1974 году. «Вон» означает «Брахма», «Жур» — «причина радости», а «Кокс» — «веревка». Веревка, свисающая «между этим миром и следующим», по его словам, имеет шаманистские коннотации.
Вон родился как Тосиро Танака в Асакуса, Токио, в 1934 году. Он вырос в старом квартале гейш в Кагуразака, районе с узкими улочками, где могло процветать воображение ребенка. «Я был погружен в культуру Эдо. Храм Бисямон и местные святыни были моими игровыми площадками», — вспоминает он.
Вон впервые стал свидетелем «хрупкости так называемой реальности», когда американские бомбардировщики сбросили зажигательные бомбы на Токио одной ночью в 1945 году, и Кагуразака загорелся. «Я полил голову водой, и, держа тетю за руку, бежал между стенами огня. Когда мы достигли безопасного места, я был совершенно сухим. Иночи — жизнь человека — подвешена на тонкой веревке», — говорит он.
Однако возрождение подхода Антонио Гауди к дизайну зданий оказалось нелегким делом. Большинство проектов Вона были предназначены для жилья низкого и среднего дохода, финансируемого через государственные жилищные программы. Это означало жесткие финансовые ограничения.
В отсутствии покровительства могущественных семей и Католической Церкви, что позволяло Гауди экспериментировать с дорогими декоративными элементами, ему пришлось пойти на компромисс и стать более изобретательным. Некоторые материалы, такие как черепица, были импортированы из Европы, но большинство производились в Японии, где его команда адаптировала промышленные методы для снижения затрат. Например, ему удалось воссоздать скульптурные украшения, которые так характерны для европейских зданий, с помощью бетона, залитого в тщательно созданные формы.
Вон гордится тем, что его команда всегда укладывалась в бюджет и соблюдала сроки. Но в конечном итоге, единственный способ реализовать их видения заключался в том, чтобы все работали почти бесплатно — мысль, которая стоит помнить, когда вы проходите мимо, вероятно, самого экстравагантного и неземного архитектурного сооружения Токио.
Здание расположено примерно в 5 минутах ходьбы от станции Васэда, напротив улицы Содай-дори. На верхние этажи можно попасть только жильцам.
Photo: Kristina P, Japan Travel Concierge, Tokyo
Построенное в 1983 году, здание является уникальным произведением искусства, его экстерьер украшен множеством элементов, граничащих с абсурдом. В одном месте женский торс покрыт татуировками в стиле ар-нуво, смешанными с узорами периода Эдо, в другом – мраморные лица словно вырастают из стены, их полуулыбки вызывают ощущение лёгкого веселья.
Это плод не одного, а многих плодотворных умов, ведь здание Васеда Эльдорадо было создано в 1983 году «труппой» мастеров, включая скульпторов, керамистов, мастеров по лепке и художников по фрескам. Их лидер, архитектор Вон Жур Кокс, называет себя «мастером-архитектором и искусным ремесленником» и до сих пор активно работает в возрасте 86 лет.
Вон Кокс считает, что большинство современных зданий Токио напоминают пластиковую еду, выставленную в витринах ресторанов города: «чистую, одинаковую по форме и безвкусную». В юности он наблюдал, как на руинах старого города строится мрачный, практичный и стерильный мегаполис, лишенный всякого очарования.
Он изучал архитектуру в Университете Васэда и в 1956 году посещал семинар профессора Кэндзи Имаи, который был сторонником великого каталонского архитектора Антонио Гауди. Гауди известен своими шедеврами, такими как собор Саграда Фамилия и парк Гуэль, которые привлекают миллионы туристов в Барселону. Вон Кокс был вдохновлен мышлением Гауди, его методами работы и архитектурным стилем, который прославлял ремесленное мастерство над функциональностью.
«Моя миссия — умарэкавари: возрождение чего-то, что умерло», — сказал он в интервью Japan Times в 1992 году. Несмотря на относительную нехватку ресурсов, традиционная Япония обладала чрезвычайно богатой культурой. Ранние японисты, такие как Эрнест Феноллоса и Эдвард Морс, были глубоко впечатлены тем, что целая цивилизация была создана из таких скромных материалов, как бумага, дерево и глина. Но влияние модернизации в эпоху Мэйдзи и массовое разрушение Второй мировой войны уничтожили несколько поколений ремесленников.
Хотя любовь Вона к ремесленному мастерству символизирует возвращение к традиционным японским строительным техникам, содержание его идей больше связано с теориями Зигмунда Фрейда и Карла Юнга, чем с традиционным дизайном. «Моя работа больше о снах; она начинается на более глубоком уровне», — говорит он.
Вдохновение Вона также черпается из индуизма и эзотерического буддизма. Именно буддизм вдохновил его на смену имени на Вон Жур Кокс в 1974 году. «Вон» означает «Брахма», «Жур» — «причина радости», а «Кокс» — «веревка». Веревка, свисающая «между этим миром и следующим», по его словам, имеет шаманистские коннотации.
Вон родился как Тосиро Танака в Асакуса, Токио, в 1934 году. Он вырос в старом квартале гейш в Кагуразака, районе с узкими улочками, где могло процветать воображение ребенка. «Я был погружен в культуру Эдо. Храм Бисямон и местные святыни были моими игровыми площадками», — вспоминает он.
Вон впервые стал свидетелем «хрупкости так называемой реальности», когда американские бомбардировщики сбросили зажигательные бомбы на Токио одной ночью в 1945 году, и Кагуразака загорелся. «Я полил голову водой, и, держа тетю за руку, бежал между стенами огня. Когда мы достигли безопасного места, я был совершенно сухим. Иночи — жизнь человека — подвешена на тонкой веревке», — говорит он.
Однако возрождение подхода Антонио Гауди к дизайну зданий оказалось нелегким делом. Большинство проектов Вона были предназначены для жилья низкого и среднего дохода, финансируемого через государственные жилищные программы. Это означало жесткие финансовые ограничения.
В отсутствии покровительства могущественных семей и Католической Церкви, что позволяло Гауди экспериментировать с дорогими декоративными элементами, ему пришлось пойти на компромисс и стать более изобретательным. Некоторые материалы, такие как черепица, были импортированы из Европы, но большинство производились в Японии, где его команда адаптировала промышленные методы для снижения затрат. Например, ему удалось воссоздать скульптурные украшения, которые так характерны для европейских зданий, с помощью бетона, залитого в тщательно созданные формы.
Вон гордится тем, что его команда всегда укладывалась в бюджет и соблюдала сроки. Но в конечном итоге, единственный способ реализовать их видения заключался в том, чтобы все работали почти бесплатно — мысль, которая стоит помнить, когда вы проходите мимо, вероятно, самого экстравагантного и неземного архитектурного сооружения Токио.
Здание расположено примерно в 5 минутах ходьбы от станции Васэда, напротив улицы Содай-дори. На верхние этажи можно попасть только жильцам.
Photo: Kristina P, Japan Travel Concierge, Tokyo
Популярные экскурсии
